Тайная полиция России: от канцелярии к экспедиции

03.09.2015 Автор: Рубрика: Бизнес, Политология»

Возвращаясь к канцелярии Шешковского, можно констатировать, на эту сторону российской жизни век просвещения и любовь Екатерины Великой к диспутам с Вольтером особого влияния в плане гуманизации методов не оказали.

Также может иметь смысл заглянуть на сайт divisfinance.ru, ведь именно там можно узнать много нового на тему занять денег до зарплаты. Тема занять денег до зарплаты может показаться на первый взгляд незначительной и даже не тематичной. Но стоит посетить сайт divisfinance.ru, и тема занять денег до зарплаты начинает проявлять себя с неожиданной стороны и вызывает всё больший интерес.

Дело в том, что тема занять денег до зарплаты очень подробно представлена на сайте divisfinance.ru. Трудно найти более детальное освещение темы занять денег до зарплаты чем это сделано на сайте divisfinance.ru. Спасибо сайту divisfinance.ru за такое доскональное преподнесение темы занять денег до зарплаты.

Как не меняла жестокого характера правления Петра I ранее его переписка с немецким философом Лейбницем. Мрачная и наводящая ужас в российском обществе фигура старика Шешковского — такой же символ золотого екатерининского пека, как покорение Крыма Потемкиным, военная слава Румянцева с Суворовым, блеск балов Петербурга и величие России в Европе.

Как и либеральные устремлени’я Екатерины в переписке с Вольтером и Дидро, как и ее гуманный «Наказ» для российского общества (частично заимствованный императрицей из очень гуманного по тем временам труда итальянского юриста Чезаре Беккариа «О преступлениях и наказаниях» от 1764 года) — не помеха новым и новым репрессиям против любых врагов екатерининского правления.
Историк и биограф Степана Шешковского А. Корсаков, удивляясь диссонансу фигуры Шешковского с остальным лощено-европейским окружением Екатерины Великой (Панины, Вяземский, Орловы, Потемкин и др.), справедливо указывал: старый сыщик и палач был необходимым для Екатерины противовесом в деле европеизации ее империи, ее теневой силовой стуктурой, оберегавшей силами тайного сыска эти реформы.

И Екатерина отлично понимала эту роль совсем не по- европейски выглядящего Шешковского, словно прибившегося к ее «золотому времени» из мрачных времен опричников и петровских костоломов преображенцев, императрица своего «верховного инквизитора империи» очень ценила. Известны ее слова о том, как хорошо Степан Иванович «допрашивает людей с довольным увещеванием», хотя о характере таких увещеваний в подвале Шешковского она не могла не знать.
Степан Шешковский
Когда у Шешковского после доклада в Сенате о расследовании какого-то дела случился конфликт с Гавриилом Державиным, одним из образованнейших и самых культурных политических деятелей екатерининского века, Державин обвинил главу тайной полиции в излишней жестокости. Но императрица за своего любимца тут же заступилась. Двух главных молотобойцев из подручных Шешковского, Василия Могучего и Петра Грязнова, императрица знала лично и лично назначила им жалованье. Сам же Шешковский хотя формально и подчинялся царице через генерал-прокурора Сената Вяземского, но регулярно получал личные аудиенции у государыни и прямые указания Екатерины. Сам скромный и довольно безликий, но очень верный екатерининский служака Александр Алексеевич Вяземский старался вопросов тайного сыска касаться как можно меньше, чем вполне устраивал и Екатерину, и Шешковского.
Хотя официально применение пыток и было сокращено или законодательно ограничено, история и мемуары современников сохранили множество примеров личного участия Шешковского в пытках. В том числе и в тех, которые Шешковский по собственному капризу организовывал не в подвале Тайной канцелярии, а у себя дома. Здесь, правда, «первый инквизитор» Екатерининской эпохи действовал не по собственному капризу, а по сложившейся традиции: тогда многие государственные деятели брали работу на дом, даже глава внешней политики мог заслушивать доклад о международной обстановке у себя на дому вплоть до начала XIX века. У Шешковского просто работа была слегка специфической, поэтому она и воплотилась в домашние допросы подозреваемых, привозимых сюда каретой Тайной канцелярии или галантно приглашенных для беседы самим Степаном Ивановичем. Известно, как минимум, об одной смерти допрашиваемого вследствие примененной Шешковским к нему пытки: в 1791 году впавший в немилость писатель Яков Княжнин умер в мучениях спустя две недели после выхода из допросной Шешковского. В допросных подвалах у Шешковского побывали и очередные династические противники, сторонники свергнутого еще при Елизавете императора Ивана Антоновича. Трагедия с неудавшимся мятежом поручика Мировича в Шлиссельбургской крепости, когда при попытке отбить заключенного опального царя тот был убит офицерами стражи, помимо казни самого Мировича повлекла новый розыск заговорщиков в пользу брауншвейгской семьи.

Степан Шешковский умер в 1794 году, за два года до смерти своей покровительницы Екатерины, последние годы этот орган возглавлял его бывший помощник Макаров. Александр Семенович Макаров был тайным советником и ближайшим подручным Шешковского в Тайной экспедиции, его заместителем. Именно ему до смерти Екатерины II поручили после кончины Шешковского возглавить этот орган тайной полиции. Недолго прослужив в этом качестве, Макаров остался в истории российского политического сыска руководителем, особенно много внимания уделявшим тюрьмостро- ительству: он часто посещал подследственных в тюрьмах, и именно при нем в Петропавловской крепости у Тайной экспедиции появился особо надежный каземат для самых глав- ных политических преступников — Алексеевский равелин. В это время орган политического сыска в истории уже окончательно закрепился под новым названием «Тайная экспедиция» при Сенате, каковым он останется и в годы недолгого правления императора Павла. Название «Тайная канцелярия» кануло в историю уже в последние годы екатерининского золотого века Российской империи, хотя спецслужба продолжала свою деятельность в том же ключе. Замена одного слова в названии мало что меняла в духе этого органа политического сыска, обозначение его подчиненности генерал-прокурору Сената оставалось зачастую при Екатерине Великой формальностью. Поэтому общество никакой перемены не заметило, долго называя эту службу попеременно то «канцелярией», то «экспедицией».

  •  
Автор статьи:
написал 5594 статьи.
Комментарии:

Оставьте комментарий!

Вы должны быть авторизированы чтобы оставлять комментарии.