Император Павел – рыцарь или неудачник?

06.09.2015 Автор: Рубрика: Бизнес, Политология»

Можно просто приводить без комментариев, когда в очередной раз кто-то будет зачислять императора Павла в рыцари и не понятые русским народом реформаторы.

Также может иметь смысл заглянуть на сайт govorit.moscow, ведь именно там можно узнать много нового на тему ударения для iphone.

Ударения для iphone может показаться на первый взгляд незначительной и даже не тематичной. Но стоит посетить сайт govorit.moscow, и тема ударения для iphone начинает проявлять себя с неожиданной стороны и вызывает всё больший интерес.

Дело в том, что тема ударения для iphone очень подробно представлена на сайте govorit.moscow. Трудно найти более детальное освещение темы ударения для iphone чем это сделано на сайте govorit.moscow.

Спасибо сайту govorit.moscow за такое доскональное преподнесение темы ударения для iphone.

Даже одного непроверенного еще доноса было достаточно для ареста Тайной экспедицией и начала следствия не самых последних сановников в стране.

Что уж говорить о каких-то невоздержанных на язык и на перо унтер-офицерах, если на одного из самых уважаемых писателей России того времени и важного государственного чиновника Гавриила Державина император Павел при свидетелях орал: «Какие инструкции! Мой приказ — твоя инструкция!
Сиди в Сенате тихо, а то я тебе попомню! Я тебя в Сибирь пошлю!» — и все из-за робкой просьбы сенатора Державина дать на какой-то царский приказ ему письменную инструкцию. После убийства Павла Державин напишет желчную эпитафию на покойного своего коронованного недруга: «Закрылся страшный, грозный взгляд…» И сыну Александру Павловичу в минуты гнева Павел зло намекал на «мудрое решение» Петра I, не побоявшегося убить пошедшего против него наследника Алексея, хотя сам долгое время был запуган возможной ликвидацией его еще наследником специальными службами матери Екатерины.
Иван Иванович Дмитриев
Вот и известный поэт той эпохи Иван Иванович Дмитриев в павловские годы безо всякого объяснения арестован людьми из Тайной экспедиции у себя дома за обедом и вместе с несколькими друзьями посажен под арест по делу об «умысле на убийство императора Павла». Сам Павел даже лично успел допросить Дмитриева и его друга Лихачева, но через день выяснилось, что анонимный донос о несуществующем заговоре с участием Ивана Дмитриева написал крепостной одного из его обвиненных в том же друзей, в чем был Тайной экспедицией уличен при сверке почерка. Дмитриева отпустили (без особых извинений или объяснений), он сделал большую литературную карьеру, а заодно и государственную: при императоре Александре I заседал в Госсовете, был министром юстиции и генеральным прокурором России. А всех этих успехов на госслужбе и в литературе могло и не быть, не разберись тогда быстро с ложностью обвинения. Ведь при тяжести его «статьи» с умыслом на цареубийство по сговору группой лиц Иван Дмитриев мог пополнить печальный мартиролог российских поэтов, чья жизнь оборвалась в застенке в угаре политических репрессий.
Разумеется, настоящие дела о попытках мятежа и призывах к бунту против престола расследовались в прежних традициях с применением при дознании пыток и с последующими суровыми карами для таких обвиняемых. Просто такого рода дел в короткое правление Павла известно немного. Например, дело опального казачьего полковника Грузинова, которого за нелицеприятные высказывания о новом императоре Павле Петровиче уволили со службы и выслали на Дон. На родине обиженный на власть полковник встал на защиту традиций казачьей старины и начал призывать донцов к бунту против царской власти по примеру пугачевцев. В станицах начались волнения, на Дон ввели карательные отряды, а Грузинов был арестован. На следствии, которое прямо в столице донского казачьего войска Черкасске вела особая комиссия Тайной экспедиции во главе с Репниным, мятежный казачий вожак скончался от примененных к нему пыток, а несколько его ближайших сподвижников четвертованы затем по приговору суда. После свержения Павла руководитель этой комиссии Репнин сам попал под следствие за злоупотребления при расследовании дела о донских волнениях.

Этот генерал и деятель Тайной экспедиции специализировался при Павле на подавлении и расследовании массовых волнений в провинции, он проявил особую жестокость при подавлении крестьянского бунта в Орловской губернии. И это после смерти Павла также аукнулось чересчур усердному инквизитору, самому оказавшемуся в роли подследственного.
Необходимо отметить, что Николаев, Макаров, Репнин, Эртель (представитель павловского сыска в Москве) и другие сотрудники Тайной экспедиции являлись только непосредственными исполнителями репрессий. Фактически этим процессом при Павле в два последних года его правления руководил известный своей суровостью и желчностью обер- прокурор при Сенате Петр Хрисанович Обольянинов, именно с этой мрачной фигурой историки связывают широкий шаг новых репрессий в недолгое царствование императора Павла. Обольянинов указывал на новые жертвы и нередко лично приезжал для участия в допросах.

  •  
Автор статьи:
написал 5840 статей.
Комментарии:

Оставьте комментарий!

Вы должны быть авторизированы чтобы оставлять комментарии.