Предклассический период (367—17 гг. до н. э.)

15.11.2011 Автор: Рубрика: BIP-IP»

Глава 2

Предклассический период (367—17 гг. до н. э.)

В эту эпоху римская достигает своего расцвета и приходит в упадок: в конце периода устанавливается Августа (с 27 г. до н. э.). Уравнение сословий не прекратило бурных политических баталий: Катон Цензор (с 184 г.) и Сципионы; трибуны плебса Семпронии Гракхи (133 и 123 гг.) и консервативная сенаторская партия; Гай Марий и Л. Корнелий Сулла, борьба которых создала мрачный прецедент — в 88 г. Сулла ввел в Рим вооруженное войско; Гай Юлий Цезарь и Гней Помпеи Великий. Республиканский строй пережил диктатуры Суллы (82—80 или 79 гг.) и Цезаря (49—44 гг.), многолетние гражданские войны, пока Октавиан Август не установил новый режим — принципат.

Перемены в конституции были предопределены распространением римского владычества на огромные территории Европы, Африки и Азии, которое осуществилось в эпоху Республики. Рим, вернув себе утраченную было в конце VI в. до н. э. гегемонию в Лации, подчиняет в IV в. до н. э. центральную Италию и выходит на арену Средиземноморья, где вступает в борьбу с Карфагеном (с 264 г.). Успехи в этих, так называемых Пунических, войнах по-

24

Раздел I. Периодизация и источники

ложили начало власти Рима над заморскими территориями, где организовывались провинции (provinciae) во главе с проконсулами или пропреторами16, судебные полномочия которых были идентичны преторским. К середине II в. до н. э. Рим уже не имеет равных себе противников: в 146 г. разрушены Карфаген и Коринф. Интенсивное вовлечение молодой державы в орбиту средиземноморской культуры способствовало развитию торговых связей римских граждан с иностранцами, усвоению науки и культуры, эллинистического образования. Рим превращался не только в политический, но и в торгово-экономический центр мира.

Предклассический период — время становления новых форм сделок и правовой науки. Контракты, заключенные без соблюдения ритуальной формы и основанные лишь на изъявлении воли сторон, получают защиту претора — городского, если сделка состоялась между римскими гражданами, и претора перегринов (praetor peregrinus — должность введена в 242 г. до н. а), если одна или обе стороны в соглашении были чужестранцами (peregrini). Вступая в должность, каждый из преторов издавал эдикт, в котором объявлял, какие правоотношения получат защиту в течение его магистратуры: общие положения эдикта обладали, таким образом, определенной устойчивостью во времени (edictum perpetuum), в отличие от разовых решений по отдельным случаям — декретов (decretum). Новый магистрат в следующем году вносил изменения в эдикт предшественника, но в целом установилась преемственность содержания (edictum tralaticium).

Обладая imperium и будучи способным принудить к исполнению судебного решения, вынесенного на основе его юрисдикции,

16 Первые провинции — Сицилия (восточная часть завоевана в 241 г., западная в 211 г.) и Сардиния и Корсика (завоеваны в 238 г.) — были организованы в 227 г. во главе с преторами, число которых выросло до четырех, а в 197 г., когда были организованы две испанские провинции, — до шести. Практика продления полномочий высших магистратов (с 327 г., — Liv., 8,23,11 sq) и даже предоставления решением комиций проконсульской власти частным лицам (впервые в 211 г., когда П.Корнелию Сципиону было поручено управление Испанией) была распространена сенатом на организацию власти в провинциях. По закону Гая Гракха 123 г. распределение провинций между консулами и преторами стало осуществляться еще до их выборов. Законом Суллы 81 г. предусматривалось, чтобы те шесть преторов, которых диктатор создал для председательства в уголовных судах, по окончании срока должности также отправлялись pro praetore или pro consule в провинции. В дальнейшем решением сената 53 г. и законом Помпея 52 г. временной интервал между выборами и занятием должности губернатора был увеличен до пяти лет. Систематическое продление imperium за пределы срока должности, которое само по себе выражает кризис республиканской конституции, предоставляло амбициозным политикам опасный инструмент в борьбе за власть.

Глава 2. Предклассический период (367—17 гг. до н. э.)    25

претор не мог вступать в противоречие с lex publica, каковым являлись XII таблиц. Требовались кардинальные перемены в организации гражданского процесса и создание законодательной основы правотворческой деятельности претора. Во второй половине II в. до н. э. Эбуция (lex Aebutia) вводит новый вид судебного разбирательства — per formulas (посредством формул), что развязало реформаторскую инициативу судебного магистрата. За последующие сто лет римская правовая система заметно усложнилась: наряду с институтами ius civile возникла система преторских исков, посредством которых стало возможным защищать отношения, не предусмотренные строгим гражданском правом и даже противоречащие ему. Избрав один из видов процесса, стороны уже не могли пересмотреть свое решение, даже если параллельная система обещала лучший результат. Отмена процедуры per legis actiones произошла в 17 г. до н. э. с принятием законов Августа об отправлении правосудия (leges Iuliae de iurisdictione). С этим событием и связывается конец предклассического периода.

Так процессуальными средствами претор преодолел многие несообразности ius civile, проявившиеся с изменением социальных отношений. В отличие от законодательного, такой способ восстановления соответствия (aequum) правовой формы более гибок. Другим преимуществом эдикта была потенциальная ежегодная обновляемость — “lex annuum” (“годичный закон”), как его называли республиканские юристы (Cic, in Verr., 2,1,42,109).

Расцвет правотворчества претора совпадает со становлением римской правовой науки. Римскую юриспруденцию (“iuris prudentes”, “знатоки права”, — термин, обозначающий новое явление, в отличие от “pontifices”) эпохи Республики отличает не столько светский, сколько аристократический характер: среди юристов II века немало понтификов, между тем понтификами, как правило, становились экс-магистраты (Liv., 25,5,4; Cic, de dora, 1,1). Постепенное обмирщение правового знания было делом рук самих жрецов. Так, Тиберий Ко-рунканий, консул 280 г. до н. э., первый понтифик из плебеев, начал индивидуально — от своего имени — давать консультации в присутствии слушателей (“publice profiteri coepit”, — D.1,2,2,38). В отличие от легенды о публикации Гнея Флавия, этому событию не придается значение разрыва с традицией17.

17 В этом случае вообще трудно говорить о новаторстве: прозвище другого крупного юриста эпохи П.Семпрония, консула 304 г. до н. э., понтифика, — “Sophus”, “мудрый” (D.1,2,2,37) — предполагает знакомство публики с его ответами, как и в случае с Тиберием Корунканием (Cic, de orat, 3,134).

26

Раздел I. Периодизация и источники

Столь же естественно и появление публикации первого светского юриста Секста Элия Пета (Sextus Aelius Paetus Catus)18, консула 198 г. до н. э., содержавшей текст XII таблиц, его толкование и формулы исков. Работа называлась “Triper-tita”, что соответствует указанным трем частям содержания. Помпоний (D. 1,2,2,38) говорит, что она содержала “cunabula iuris” (основания, элементы права)19. Судя по тому, что в другом месте (D. 1,2,2,8) Помпоний называет ее “ius Aelianum” — наименование, которое, по его же объяснению, прилагалось только к тем трудам, где автор ничего не добавлял от себя (как “ius Papirianum”, “ius Flavianum”), — творчество самого Секста Элия ограничивалось объяснением значения слов Законов20. В этом смысле следует понимать и характеристику “cunabula iuris”. Возможно, более авторский характер носил комментарий к XII таблицам Луция Ацилия (Cic, de leg., 2,23,59), младшего современника Секста Элия, о котором известно также, что народ прозвал его “Мудрым” (Sapiens)21. Впрочем, в эту эпоху внимание юристов было сосредоточено именно на адекватном понимании слов закона, поэтому первые комментаторы (как показывает большинство известных цитат) не ставили перед собой творческих задач.

Научный интерес к праву (при сохранении филологического интереса к текстам Законов) проявился в систематизаторской работе следующего поколения prudentes. Марк Порций Катон (умер в 152 г. до н. э., сьш Катона Цензора) написал комментарий “De iure civili” no меньшей мере в 15 книгах (D. 45,1,4,1), содержавший не только его responsa — ответы на консультациях (Cic, de orat, 2,33,142), но и рассуждения общего характера (Fest., 144 L).

ПМуций Сцевола (Publius Mucius Scaevola), консул 133 г., Юний Брут (Iunius Brutus), претор 140 г., и Маний Манилий (Manius Manilius), консул 149 г., — названы Помпонием (D.1,2,2,39) основателями ius civile. В отношении содержания их литературного наследия, о котором говорит Помпоний, известно, например, что

1 Впрочем, его брат Публий (консул 201 г. до н. з.), также юрист, был понтификом.

19    Эта характеристика согласуется с идеей Помпония о трех частях
права (“tria iura”) в постдецемвиральную эпоху: XII таблиц, ius civile
(интерпретация) и legis actiones (D. 1,2,2,6).

20    Название работы Секста Элия “Tripertita (scil. commentaria)”,
“[Комментарий] в трех частях” (Cic, de orat., 1,56,240), хотя и подчерки
вает ее интерпретаторское направление, не означает, что все три части
были написаны в этом жанре: XII таблиц и формулы исков имели в
структуре публикации самостоятельное значение.

21    Помпоний (D.1,2,2,38) ошибочно называет его “Publius Atilius”.

Глава 2. Предклассический период (367—17 гг. до н. э.)    27

сочинение Брута “De iure civili” в 7 книгах воспроизводило его responsa — возможно, записанные учениками (Cic, de orat., 2,33, 142)22. Манилий составил собрание формул сделок, высоко ценившееся древними, —”Manilii Monumenta”. Именно в эту эпоху преодолеваются ритуальные формы строго национального права и разрабатываются контракты, доступные и перегринам. Всеобщий характер этих правовых конструкций выразился во взгляде на них как на нормы, известные всем народам (gentes), повсюду, — ius gentium23. Сделки iuris gentium обслуживали самые разнообразные коммерческие отношения и получали защиту в судах обоих преторов.

С этим поколением юристов связан и значительный прогресс правовой мысли. Знакомство с диалектикой Аристотеля, которая строилась на методе анализа (деления по основаниям) и синтеза (реконструкции в понятийных категориях) изучаемого предмета, сделало установление релевантных разделений (divisiones, distinc-tiones) правовых институтов на роды (genera) основным методологическим инструментом римской юриспруденции. На основе разграничений (definitiones)24 правовой материи достигалась определенность понимания отдельных элементов и системы в целом, становилась возможной формулировка общих правил (regulae). Маний Манилий, как и другие известные юристы (Публий Рути-лий Руф, Квинт Элий Туберон, Квинт Муций Сцевола, сын консула 133 г. до н. э.), входил в кружок крупного политического деятеля Сципиона Эмилиана (grex Scipionis), где проявляли большой интерес к греческой философии (Cic, de am., 19,60). Известны definitiones Манилия и П.Муция.

Упомянутый Кв.Муций Сцевола, консул 95 г., великий понтифик, первым описал ius civile “generatum” (D. 1,2,2,41) — на основании деления на genera— в сочинении “De iure civili” в 18 книгах. Эта систематика лежит в основании европейской правовой науки. Ее

22    Первые три книги были составлены в диалогической форме
самим Брутом (Cic, pro Cluent., 51,141) и носили характер введения в
изучение права, тогда как следующие 4 (responsa), видимо, изданы
посмертно (Cic, de orat., 2,55,224).

23    Для правильного понимания термина следует иметь в виду латин
ские идиоматические выражения: “ubi gentium?” (“где же в мире?”), “nus-
quam gentium” (“нигде на свете”), “longe gentium” (“дальше всего”, “на краю
света”), “minime gentium” (“меньше всего”, “нисколько”, “никоим образом”).

24    Более привычное русское слово, которым можно перевести
“definitio”, — “определение” — также несет в себе общую с латинским
термином идею деления, разграничения. Это естественно: познание
состоит в установлении релевантных оппозиций. Например, чтобы
определить белое, его противопоставляют черному (отсутствию света) и
цветному: белое — это бесцветное светлое.

28

Раздел I. Периодизация и источники

структура восстанавливается на основе комментария Помпония (“Ad Q.Mucium”) в 39 книгах. Первые книги были посвящены вопросам наследственного права (начиная с завещания); в части, связанной с правом лиц, рассматривались брак, опека, власть над рабами и освобождение из рабства, положение вольноотпущенников и ведение чужих дел; затем речь шла о владении и приобретении по давности; из. обязательств рассматривались реальные (упоминается только mutuum, контракт iuris civilis) и консенсуальные (контракты iuris gentium), при этом, в связи с договором найма, говорилось о сервитутах; заключительная часть относилась к деликтам (iniuria25 и furtum) и содержала комментарий к закону Аквилия (lex Aquilia).

Систематизация правовой материи на основании диалектического метода придала правоведению характер науки (ars) — организованного знания. Идея систематизации, весьма популярная тогда во всех дисциплинах26, в отношении права представлена в “De Oratore” (“Об ораторе”) Цицерона. Здесь, в частности, излагается следующий план работы правоведа27 (Cic, de orat., 1,42,190):

…ut primum omne ius civile    …чтобы сначала разделил все граж-

in genera digerat, quae per-    данское по родам, которых

pauca sunt; deinde eorum    весьма немного, затем распределил

generum quasi quaedam    как бы некие члены28 этих классов,

membra dispertiat; turn pro-    потом изложил собственное значе-

priam cuiusque vim defini-    ние каждого из них посредством оп-

tione declaret; perfectam    ределений, — вы получите совершен-

artem iuris civilis habebitis.    ную науку гражданского права.

Греческое название книги правил (regulae) Кв.Муция — ‘”Opoi” — отражает распространение философских знаний среди юристов.

25    Возможно, здесь комментировался lex Cornelia de iniuriis (Pomp.,
37 ad Q.Muc.,D.50,7,18).

26    Так, Вергилий пишет “Ars Poetica”, а Овидий называет свою
позму о любви “Ars Amatoria”.

27    Цицерон, собственно, говорит о своем намерении, допуская, что этот
план может воплотить и другой. Есть основания полагать (Cic, de leg., 1,4,14),
что он написал не дошедшее до нас сочинение “De iure civili in artem
redigendo” (“О приведении гражданского права в научную систему”).

28    Среди definitiones Цицерон различает partitiones и divisiones (Top.,
5,28): в первом случае познавательный эффект достигается разделением
предмета на части (membra, partes, — Ibid., 6,30), во втором — выделением
внутри рода (genus) видов (species), которые оратор предпочитает называть
“formae” для большего благозвучия (Ibid, 7,30). В данном случае к
выявленным в правовой материи genera сначала прилагается partitio, а затем
полученные membra определяются через species (divisio,
однопорядковая с definitio). о реализации этой — отличной от
аристотелевой диалектики — программы остается дискуссионным.

Глава 2. Предклассический период (367—17 гг. до н. э.)    29

От Аристотеля римские правоведы восприняли идею противопоставления позитивного права справедливости (Arist, Eth.Nic, 1137a 31 sqq; Rhet, 1374a 27 sq), выражая последнее понятие термином “aequitas” (калька с греческого ‘e7ueikeia — справедливость в отличие от официально установленного права). Это заимствование сказалось на консолидации понятия позитивного права (ius positum) как ius. Если прежде ius и aequum были синонимами29 и “aequum est” означало “ius (iustum) est”, выражая идею нормального, правильного, соответственного, — то теперь ius воспринимается как нечто установленное и жесткое, что может не всегда отвечать естественному порядку вещей, тогда как “aequum” получает этический оттенок смысла и выступает в сочетании “bonum et aequum” (“доброе и справедливое”)30. Указанная оппозиция отражала глубину перемен в социальной жизни римского общества этой эпохи и необходимость коррекции правовой системы. В этом направлении работал и претор, правотворчество которого основывалось именно на идее aequitas. Преторским по происхождению судебным разбирательствам “ех bono et aequi” противопоставляются iudicia stricti iuris (судебнще разбирательства строгого права). В адвокатской практике стало настолько обычным защищать справедливость вопреки установленному праву (Cic, de oral, 1,56,240; Brut., 39,145; de off., 3,16,67), что, по словам Цицерона, мальчики в риторских школах (“pueri apud magistros”) учились, разделившись на партии, защищать одни — писаное право, другие — справедливость (“cum alias scriptum alias aequitatem defendere docentur”, — Cic, de orat.,1,57 ,244).

Для prudentes задача согласования буквы закона с требованиями естественного порядка вещей (naturalis ratio) была содержанием их деятельности: решения юрисконсультов по конкретным вопросам имели обязательную силу для судов, так что установление справедливости в отдельных случаях или ее выражение в общих правилах для них означало создание ius

2д От первого римского поэта Энния (III в. до н. э.) дошли такие строки (Епп., 150 Vahlen, ар. Non.,399,8):

“Melius est virtute ius: nam saepe virtutem mali

Nanciscuntur: ius atque aecum a malis spernit procul”,— что можно перевести как: “Право выше доблести: ведь часто доблесть оказывается у дурных; право же и правильное далеко отстоит от дурного” (“aecum” — архаическая форма “aequum”).

30 Прежнее значение “правильное” сохраняется в текстах классических юристов — часто в сравнительной (“aequius”) или превосходной форме (“aequissimus”) — для характеристики мнения другого юриста или законодательного акта. Ср. “recte”, “rectius”, “rectissime”; “prope”, “propius”.

30

Раздел I. Периодизация и источники

civile. Так, разработанные ими контракты iuris gentium, защищаемые исками ex bono et aequi, стали неотъемлемой частью обновленного ius civile. Как нормативная система собственно ius civile было неписаным правом, заключавшимся в перманентной интерпретации юристов (“est proprium ius civile, quod sine scripto in sola prudentium interpretatione consistit”, — D.1,2,2,12). Правотворческая деятельность prudentes оказывала на ius civile непосредственное воздействие; с высоты профессионального опыта они говорили: “Ius est ars boni et aequi” “Право — это наука доброго и соразмерного” (D. 1,1,1 рг), то есть система знаний, ориентированная на выявление и установление соответствия требованиям добра и справедливости как признанным нормам общественных отношений. На основе этого постоянного поиска31 правовая система была реорганизована в соответствии с новыми требованиями. Так prudentes “основали ius civile” (D.1,2,2,39). Если с формальной стороны гражданское право отличает его установленность (ius constitutum), то с содержательной — оно совпадает с aequitas.

Cic, Top., 3,9:

Ius civile est aequitas consti- Гражданское право — это установ-
tuta eis qui eiusdem civitatis ленная справедливость в отношении
sunt, ad res obtinendas…
    mexкто принадлежат одной граж-

данской общине, для обеспечения принадлежности вегцей…

Систематизаторская работа получила дальнейшее развитие в деятельности крупнейшего юриста следующего поколения Сервия Сульпиция Руфа, консула 51 г. до н. э., который нередко не соглашался с divisiones, предложенными Кв.Муцием (Gai., 1,118), расходился с ним в definitiones32. Близкий друг Сервия Цицерон дает риторически завышенную — по отношению к предшественникам (на которых вполне можно распространить сказанное о Сервии) — оценку его роли в приведении ius civile в систему в диалоге “Брут” (Cic, Brut., 52,197):

1 Ср. J. 1,1, pr : “Iustitia est constans et perpetua voluntas ius suum cuique tribuens” (“Правосудие — это незыблемая и постоянная воля, воздающая каждому свое право”).

32 Одна из ранних работ Сервия представляла собой ревизию наследия Кв.Муция и называлась: “Reprehensa Scaevolae capita sive Notata Mucii” (“Исправленные главы Сцеволы, или Примечания к Муцию”). Известные контроверзы между Сервием и Сцеволой взяты из этого сочинения: D.17,2,30; Gai, 3,149; Gell, 4,1,17,20; D.33,9,3,6; 50,16,25,1.

Глава 2. Предклассический период (367—17 гг. до н. э.)    31

…iuris civilis magnum usum …прекрасное владение граждан-
et apud Scaevolam et apud ским правом было и у Сцеволы, и у
multos fuisse, artem in hoc многих других, — наукой оно
ипо; quod numquam effecis- стало только у него; ему бы нико-
set ipsius iuris scientia, nisi гда не постичь этого из познания
earn preaterea didicisset
самого права, если бы прежде он не
artem quae doceret rem посвятил себя той науке, что
universam tribuere in partis, учит распределять
весъ предмет
latentem explicare definiendo, на части, скрытое выявлять по-
obscuram explanare interpre- средством определений, неясное
tando, ambigua primum объяснять посредством интерпре-
videre, deinde distinguere, таций, сначала увидеть неопреде-
postremo habere regulam qua ленностъ, затем различить, нако-
vera et falsa indicarentur et ней, составить правило, которое бы
quae quibus propositis essent указывало истинное и ложное и ка-
quaeque поп esset conse- кие у каких предпосылок есть послед-
quentia. Hie enim attulit hanc ствия, а каких нет. Ибо, привнеся
artem omnium artium maxi- эту науку, высшую из всех наук33,
mam quasi lucem ea quae он как бы пролил свет на то, что
confuse аЪ aliis aur responde- прежде без
всякого порядка у других
bantur aut agebantur.
    состояло в ответах или исках.

Сервий первым написал комментарий к преторскому эдикту в 2 книгах “Ad Brutum” (D.1,2,2,44) и оставил целое поколение учеников, из которых наиболее известны Алфен Вар (консул 39 г. до н. э.), автор “Digesta” в 40 книгах и “Coniec-tanea” (коллекция) (Gell., 7,5,1), и Авл Офилий, написавший обширный комментарий к преторскому эдикту (D.1,2,2,44). Многочисленные сочинения составил друг Цицерона Гай Тре-баций Теста (Trebatius), ученик Кв.Корнелия Максима (D. 1,2,2,45). Пользовалась известностью и книга (D.1,2,2,45) Авла Касцеллия (Cascellius), ученика Волкация, одного из слушателей Кв.Муция (Plin., H.N., 8,40,144). Многие из veteres — республиканских юристов — вообще не оставили сочинений. Например, определение умышленного введения в заблуждение при заключении сделки (dolus malus), данное Аквили-ем Галлом (Cic, de off., 3,14,60), в классическую эпоху приписывается его ученику Сервию Сульпицию (D.4,3,1,2), по трудам которого с ним и познакомились следующие поколения prudentes.

33 Имеется в виду диалектика (Cic, de oral, 1,41,186—42,188), которую Аристотель (Metaph., 1,2) называет наукой наук.

32

Раздел I. Периодизация и источники

Творчество республиканских юрисконсультов известно в основном по указанным выше сочинениям Цицерона и произведениям антикваров. Значительное число упоминаний и цитат встречается в трудах позднейших юристов; ряд фрагментов книги ‘”Opoi” Кв. Муция представлен в Дигестах Юстиниана34.

Наиболее полное представление можно составить о “Digesta” Алфена Вара. Круг вопросов, рассмотренных Алфе-ном (и его учителем Сервием, ответы которого обычно неотличимы от комментариев ученика35), в основном ограничен отношениями коммерческого оборота. Юстиниановские компиляторы располагали двумя эпитомами (сокращениями) этого труда в 8 книгах каждая: анонимной и юриста III в. н. э. Юлия Павла (Paulus)36. Фрагменты анонима ближе к первоначальному тексту по содержанию, но расположены по системе претор-ского эдикта, обнимая материал XV—XXXII титулов эдикта (из 45). Эпитома Павла обсуждала тексты Алфена в их оригинальном порядке37. В целом структура работы следует систематике Кв.Муция, возможно, опуская вопросы права лиц и обязательств из деликтов, но значительно обогащая такие разделы, как переход вещных прав, возникновение и исполнение обязательств.

Фрагменты сочинений республиканских юристов собраны в изданиях:

Huschke E. Iurisprudentiae anteiustinianae reliquiae. Vol.1, ed. Seckel E., Kuebler В.: Lipsiae, 1908;

Bremer F.P. Iurisprudentiae antehadrianae quae supersunt. Vol.1. Lipsiae, 1896.

34    D. 41,1,64; 43,20,8; 50,16,241; 50,17,173. Компиляторы Дигест,
видимо, располагали копией оригинала.

35    В двух фрагментах сохранилось указание “Servius respondit”:
D.28,5,46; 33,7,16,1.

36    В Дигестах Юстиниана встречаются три типа inscriptiones с
названием произведения: “Alfeni digesta”, “Alfeni digesta a Paulo
epitomata”, “Pauli epitomae Alfeni digestorum”. Фрагменты с надписью
первого типа взяты из анонимной эпитомы.

37    Вторая книга эпитомы Павла посвящена наследованию по
завещанию, третья охватывает вопросы вещного и обязательственного
права (обсуждаются вещные иски, иски из консенсуальных контрактов,
иски in factum), четвертая книга говорит о стипуляциях при различных
сделках и об actio ad exibendum, в содержании пятой преобладают
вопросы контрактной ответственности, остальные не поддаются
определению из-за малого числа фрагментов.

Глава 2. Предклассический период (367—17 гг. до н. э.)    33

От предклассического периода в надписях на камне или бронзе дошли некоторые законодательные нормы: постановления сената, римские и муниципальные законы. Большинство из них относятся к административному и уголовному праву, но язык памятников является важнейшим источником для реконструкции понятийной системы правосознания эпохи. Постановление сената от 186 г. до н. э., запретившее отправление культа Вакха — вакханалии (так называемое SC de Bacchanalibus)38, употребляет термин “praetor urbanus”; закон муниципия Бантины I века до н. э.39 упоминает dolus malus (1.11) — “злой умысел”; римский закон, датируемый 133—117 гг. до н. э.40, текст которого дошел в надписи на обратной стороне Бантинской таблицы, говорит о личной (в форме предоставления поручителей — praedes) или реальной гарантии уплаты штрафа, предусмотренного приговором. Этот же закон содержит слова о формуле иска, данной претором судье по делу между римскими гражданами, что указывает на существование lex Aebutia в это время.

Наибольшее значение для изучения римского частного права имеют законы, дошедшие на 9 обломках (и копиях XVI века с 2 утраченных фрагментов) бронзовой таблицы, которая содержала с одной стороны lex Acilia repetundarum 121 г. до н. э., а с другой — lex agraria 111 г. до н. э. Первый из них вводил новый порядок судебного преследования за взяточничество (de repetundis), no которому провинциал мог лично обвинить римского магистрата (nominis delatio) или прибегнуть к помощи патрона из римских граждан. Закон упоминает и предшествующий режим, когда процесс развивался на основе внесения залога — sacramentum, a процессуальное представительство патрона из римских граждан было обязательным.

Аграрный 11г. вводил новый режим землепользования на общественных полях (ager publicus), превращая все частные владения (possessiones) в частную собственность (ager privatus) и отменяя ренту (vectigal) с различных категорий земель. Терминология этого закона — важнейший источник по истории форм принадлежности в римском праве.

38    Текст дошел в надписи на бронзовой таблице, найденной в 1640 г.
в Тироле, куда она была направлена (in agro Teurano) еще римскими
властями с предписанием обнародовать и соблюдать это решение.

39    Закон сохранился в надписи на медной таблице (найдена в
1790 г. в Лукании), сделанной на оскском языке: так называемый lex
Osca tabulae Bantinae. На обратной стороне доска содержит текст рим
ского плебисцита, выполненный на латыни.

40    Закон упоминает среди магистратов триумвиров, введенных зако
ном Гракха 133 г. и отмененных в 117 г.

34

Раздел I. Периодизация и источники

Ряд муниципальных законов: lex municipii Tarentini (I в. до н. э.)41, lex coloniae Genetivae Iuliae (известный также как lex Ursonensis)42, данный в 44 г. до н. э. Юлием Цезарем колонии, выведенной в Испании, и закон города Гераклеи в Лукании того же периода43, — представляют собой варианты модельного закона самоуправляющейся общины на покоренной Римом территории — муниципия (municipium). Первый закон корректирует представление о режиме actiones populares (1L32—38); упоминает фидуциарную манцкпацию (1.30). Lex coloniae Genetivae Iuliae описывает режим исполнительной legis actio per manus iniectionem на последней стадии ее существования (с.61) и режим рекуператорного судебного разбирательства, приводя детали, известные по законам XII таблиц (с.95). Tabula Heracleensis (L111) упоминает iudiciae bonae fidei, называя защищаемые ими отношения (fiducia, societas, tutela, man-datum); различает осуждение “lege Plaetona” (1.112) и in integrum restitutio на основании публичного судебного разбирательства (“iudi-cio publico Romae condemnatus”, — LI 17—118). Другой муниципальный закон, датируемый 46—40 гг. до н. а, — Lex de Gallia Cisal-pina44 — информирует о важных деталях процесса per formulas: фрагмент 19-й главы упоминает operis novi nuntiatio; 20-я глава говорит о cautio damni infecti и заменяющей ее actio in factum; 21-я и 22-я главы — о secum ductio и missio in possessionem в случаях неуплаты признанного долга (confessio) или отказа от защиты (inde-fensio).

Законодательные акты эпохи Республики собраны в изданиях:

Brans C.G. Fontes iuris Romani antiqui. Vol.1, ed. Gradenwitz O.:

Tuebingen, 1909;

Girard P.F. Textes de droit romain, ed. Senn F.: Paris, 1937; ed.

Giuffre V.: Les lois des Romains. Napoli, 1977;

Fontes iuris Romani anteiustiniani [Riccobono S., Baviera G., Fer-

rini C, Furlani G., Arangio-Ruiz V.j. Vol.1. Leges. Florentiae, 1941;

ed. Riccobono S.: Florentiae, 1968 (сокращение — FIRA).

Издания надписей:

Corpus Inscriptionum hatinarum. Vol. 1—16 et Supplementa.

Berolini, 1863- (сокращение — CIL);

Dessau H. Inscriptions latinae selectae. Vol.1—3. Berolini, 1892—1916.

41    Пять фрагментов бронзовой доски с надписью были найдены в
1894 г. около Тарента.

42    Бронзовые доски с текстом были найдены у г. Осуна в Андалуэии
в 1870 и 1874 гг., где располагался древний город Urso.

43    Дошел в надписи на двух бронзовых таблицах, найденных в Италии
в 1732 г. (tabula Heracleensis). Мнение Савиньи, согласно которому надпись
воспроизводит lex Iulia municipalis 46 или 45 г. до н. э., сейчас оставлено.

44    Бронзовая доска найдена на развалинах древней Велейи в 1760 г.

Глава 3. Классический период (17 г. до н. э. — 235 г. н. э.)    35

  •  
Метки текущей записи:
, , , , , , , , , , , , , ,
Автор статьи:
написал 303 статьи.
Комментарии:

Оставьте комментарий!

Вы должны быть авторизированы чтобы оставлять комментарии.